В предыдущей части было начато рассмотрение вопросов онтологии культуры, которое будет продолжено здесь непосредственно в обращении к языку. Знаки отсылают к образу культуры и природы одновременно, особенно если они установлены как предупреждения. Часто для этого нужно приглядеться к словам, за которыми видны иная культура и общая природа, но этот процесс не механический, а напоминает вживление или хирургическую операцию. Так слова могут прижиться в языке и сразу становиться принятыми в их написании, морфологии, а могут быть заменены другими или отторгаться, либо маскироваться в виде слов-ка́лек.

Затем будет определена важность сопредельных вопросов оценки ценности, вопросов исторического и системного изменения эстетки, её настоящего и будущего, рассмотрены ключевые проблемы и системные решения. Всё это создаст основания для начала рассмотрения в следующей части структуры общей эстетики.

В предыдущей части мы остановились на рассмотрении функционального вопроса как особой формы метакультурного проявления. И он можно сказать является ключевым для общей эстетики как в том числе наследнице эстетики послесовременизма («постмодернизма»). Переосмысление по направлению от функций к послефункциям («постфункциям») в послесовременизме также пришло к некоторым культурным значениям, которые мы рассмотрим в рамках вопросов образования, понимания культуры как знака и наконец начнём рассматривать вопросы онтологии культуры в измерениях функциональности и историчности.

Для установления того, какое усилие считать творческим изменением (развитием), а какое — упадническим явлением, нам нужна некоторая теория эстетики. Но поиск её оснований долгое время был весьма непростым, если не практически неразрешимым вопросом. Но к счастью мы можем несколько продвинуться в этом направлении, рассмотрев соотношение структурализма, системного мышления, самоорганизации и постфункций.

Куда бы мы не поместили точку отсчёта наших мыслей, мы в некоторый момент понимаем, что превосходим своими мыслительными способностями те задачи среды, в которую помещены. Можно было бы здесь остановиться и углубиться в простое наблюдение и подражание в надежде когда-нибудь научиться по крайней мере создавать формы жизни как живые (и в этом все должны проявлять эстетику в деле продолжения и взращивания жизни), а не только как оживающие в нашем воображении (оживающие формы может создавать и неживая природа, что видно например на снимках других небесных тел, где обнаруживаются будто бы созданные там каменные лица). Но именно воображение и открывает путь как для творчества, так и для придания прагматике осмысленности, поэтому оно неизменно возвращает нас к вопросу об эстетике независимо от профессии и рода деятельности и даже биологической природы (ведь и животные видят сны).

Во введении рассмотрены некоторые исторические основания общей теории эстетики и приведены предварительные соображения.

Продолжим рассмотрение вопросов в области управления ресурсами, бифуркаций и негэнтропии, возможности соединения теорий обучения и эволюционной динамики и наконец перспектив теории категорий. Также важными вопросами будут исследование бытия в части распредмечивания, разработки подходов к демифологизации. Рассмотрим в контексте культурной системной инженерии и просто системной инженерии мифологемы послесовременности  Наконец, рассмотрим применение категорий Общества и Систем в их взаимовлиянии.

Во «Введении в культурную инженерию» мы рассмотрели некоторые предварительные вопросы, возникающие в связи с применением системной инженерией в эпоху бурного информационного развития послесовременности, здесь мы продолжим рассмотрение и найдём ключевые элементы языка, взаимоотношений, структур метаправа и метахозяйства как общей теории капитала, вопросов биоразнообразия и культурного разнообразия, устойчивости (и здесь примеры из рассмотрения природы будут и отправной точкой и наглядным примером для относительно абстрагированного самонаблюдения и проникновения в историю и истории) чтобы перейти к проблемным научным, этическим и культурным вопросам в следующей части.

Пожалуй не удивительно, что в 2022 году психологии дают советы по тому как быть человечными (англ. «Habits for Humanity»), удивляя или озадачивая слушателей тем, что люди окружены техникой, технологиями и в современном быстро меняющемся мире люди уже не далеки от того дня, когда они будут не только взаимодействовать, но и «жить» с техникой, скорее чем с себе подобными. Представление о том, что в конечном итоге не только техника будет служить человеку, но и наоборот известно как технологическая объединённость (сингулярность) и, как отмечает доктор Тим Шарп (англ. Tim Sharp), идею можно приписать известному математику Джону фон Нейману, выразивший её в том, что рост технологии выйдет из под контроля человечества. И не случайно Станислав Лем в «Сумме технологии» задавался вопросами управления обществом одновременно применительно к вопросам технологии и человека (отсюда «верящие машины»), в некоторой мере стараясь устранить нарастающую мифологизацию и того и другого, предвидя основные идеи, которые рассматриваются сегодня. Вот только если язык как система сам становится первой и основной информационной системой, то так ли существенно различие между естественным и искусственным языком? Возможно оно значимо именно в свете прояснения разницы мифологем человека и технологии.

Кто виноват в утрате человека и замены его на мифологему? Может быть его никогда и не было?

Возвращаясь к вопросу об имитации действительности во сне, обратим внимание на немаловажный вопрос общественного мироустройства. Вопрос состоит в том, в чём заключается человек и где его границы. Иногда общество сравнивают с муравейником, поэтому общество построенное из послушных элементов не может быть обществом. Человек начинается возможно там, где он и завершается — в размышлении и действии собственного бытия. Чтобы не быть симулякром¹ с другой стороны человеку приходится избегать неизбежного: например проходить проверку со стороны роботов, борющихся с массовыми алгоритмами. Здесь мы как на камне выбора пути обнаружим надпись «Я не робот».

Как звёзды в поднебесье
блестят остатки дня
Проходят мимо песни
И падают звеня

Внутри 3 стихотворения в ознаменование переходной черты к новому году.