Коренное понимание перемещения (завершение 9 части археологии пути)

Соотношение путей человеческого мышления

На самом деле, самое удивительное и позволяющее поставить путь выше простой метафоры мышления и поведения — это то, что не существует ни одной характеристики поведения, позволяющей установить окрашенность испытываемых человеком эмоций как «положительных» или «отрицательных» кроме одной — направление движения к объекту (приближение = «+», отдаление = «-»)[Курпатов, 2022].

Это значит, что дорога — это наилучшее место как для обществоведческого исследования символического, так и для поведенческих исследований экономической антропологии. И здесь мы обнаружим как непосредственный эмоциональный первичный поток путешествующих, передвигающихся «по своим делам», а также и вторично означенные эмоции, например, в трудовых и общественных отношениях, где положительным выступает как само предвкушение пути, так и точка хозяйственного и культурного производства, служащая образом и объектом символической, культурной и производственной ценности. Такое представление позволяет говорить о всеобщности эмоциональной ценности или «капитала», выраженного именно через процесс перемещения по направлению к невидимому объекту.

И кроме того, мы должны отметить ключевую характеристику связи мышления и перемещения, а именно состояние «блуждания», которое связывается с работой системы мышления по умолчанию в правом полушарии, где благодаря в том числе более разреженным нейронным сетям, «блуждание» становится более пространным, «движется по пути неожиданных ассоциаций от одной темы к другой»[Курпатов, 2022], тогда как как в левом полушарии оно скорее сосредотачивается на одних и тех же мыслях и темах. Мы могли бы сказать, что в человек одновременно проходит два пути не только в смысле извне или изнутри, а в принципе два одновременных метапространственных пути блуждания: путь поиска и путь привычного перемещения. То есть между общественным и физическим пространством внутри и мыслительным пространством установлены некоторые отношения подобия в виде соотношения дробей мышления, что может проявляться и в самой привычке перемещаться и в том, как и зачем человек перемещается в данный момент. То есть программирование изнутри и снаружи должно происходить одновременно как между человеческим, физическим и живым, так и внутри человеческих подпространств, одно из которых нормативно оказывается скорее прагматическим, упорядоченным, а другое — символическим, неопределённым, тем не менее это коренное разделение объединяется и пересекается через движение, через переключение.

Мы должны помнить об элементе приращения, который остаётся промежутком или отрезком, пока не становится неразличимым. Можно сказать, что влияние на некоторое общественное поле определяется дробью после установления принадлежности к полю, но само установление соответствия порой занимает больше времени, чем сама случайность блуждания мышления. Справедливо ли терять время на установление самой справедливости? Должно ли являться движение следствием определения представления о справедливости, где каждый шаг — множество взаимодействий и оценок? Порой такие вопросы приводят к длительным раздумьям и перипатетикам, а кто знает, может он даже создаёт цивилизации.

Современное мышление напоминает вскрытие упаковки и в физическом и в информационном смысле, когда мы загружаем новый предмет и он меняет наш путь, а может и возвращает к исходному пути, ведь вскрытие — это прокладка пути через оболочку природы, вскрытие планетарной ткани или по крайней мере формирование некоторого шрама.

Наконец, ко всем противоречиям рассматриваемого вопроса, нужно добавить то, что пространственные смыслы сосредоточены в отдельных подкорковых и корковых долях мозга, поэтому можно говорить о противопоставленности пространственных чувств, эмоций и пространственного мышления, которые в то же время противостоят другим чувствам и семантическим полям, что означает как противопоставленность смыслов, так и установление привязки мыслимого и проходимого, когда как известно пространственная протяжённость становится основой для производства функции памяти, позволяя казалось бы только запоминать немыслимые последовательности, а на самом деле собственно мыслить их.

Сущность общественной топологии можно определить через те подпространства, в которых складываются обособленные способы размышлять, часто становящиеся общечеловеческими именно благодаря информационной связанности (например, сферы науки и искусства). Но в действительности проблема начинается именно с подобного обособления, когда шум и звуки природы противопоставляются музыке, а словесная речь — эмоциональным оценкам. В этих склонностях и определяются возможности для установления дискурса, для разделения и объединения мыслительных подпространств. Учитывая это, проблему можно наблюдать через те смысловые предпосылки, которые были уже выявлены в нашем мышлении и которые следовательно могут служить для более независимых подпространств для экскурса и пути.

Список упомянутых источников

1. Курпатов А. Машина мышления. : Litres, 2022.